Стихи 2004 года

Главная

Лирика разных лет

Гражданская лирика

Благословенная Таврида

Поэмы и циклы стихов

Разное

Страницы автора в интернете

Ссылки

Форум "Поэзия"

 

Поезд счастья ушел...

Я осталась одна на забытом перроне.
Поезд счастья ушел - далеко-далеко...
Засветилась луна на больном небосклоне,
И не слышно в ночи паровозных гудков.

Лишь осенние листья кружат над платформой.
Растворился вдали мой вагон голубой.
Там - светло и тепло. Пассажирам комфортно.
Там счастливые люди вернутся домой.

Им - прекрасные дни. Им - веселые жизни.
Им - улыбки родных и участье друзей.
Мне - холодная ночь. Мне - холодные искры
В равнодушных глазах станционных огней.

До утра больше нет поездов. Слишком поздно.
Ночевать мне сегодня приходится здесь.
Отражаются тусклые-тусклые звезды
На блестящем пути металлических рельс.

Здесь темно. Здесь отсутствует зал ожиданья.
Здесь мучительно-долго стоять мне одной.
Кто - скажите мне - кто составлял расписанье
И платформу мою обошел стороной?


В защиту Шекспира

Не отнимайте у Шекспира - имя!
Не отнимайте у Шекспира - строк!
Поэт... Кто беззащитней?! Кто гонимей?
Кто пред толпой писак - так одинок?

"Но не было Шекспира", - слышу снова.
Писакам снова хочется блеснуть.
Не отнимайте у поэта - Слова!
Не отнимайте у поэта - Путь!


Разрушенный Город

Здесь безмолвно вокруг. Здесь чернеют сквозь сумрак развалины.
Позабыв о войне, беззаботно сияет звезда.
Этот Город - исчез. (Извините - не помню названия).
Здесь никто не живет. И никто не вернется сюда.

Лишь историк-студент упомянет о нем на экзаменах.
И, быть может, сюда забредет сочинитель баллад -
Современный Гомер. Он опишет в несмелых гекзаметрах
Над руинами Трой - безутешную скорбь Илиад.

Слышен голос в ночи: "Здесь сражались отважно и гордо мы.
Сколько крови лилось! Сколько воинов здесь полегло!
Но слепая судьба над руинами зрячего Города
Распростерла крыло.


Новогоднее

Снегурочка... Надену свой наряд.
Сегодня нет ответственнее роли.
Смеются дети, весело галдят,
А взрослые - готовятся к застолью.

"Сне-гу-роч-ка!" - кричит мне детвора
Повсюду - золотые переливы
Шампанского искристая игра
И фейерверков радостные взрывы

Но дети ближе к полночи заснут,
А взрослые - к столу. Такая мода.
Уже пора - часы двенадцать бьют
За счастье! С Новым Годом! С Новым Годом!

Снегурочкой ты назовешь меня,
И, может быть, подаришь звезды с неба.
Боюсь, боюсь я твоего огня -
Ведь не из плоти сделана - из снега!

Я холодна. Я очень холодна.
Смотри - все потешаются над нами.
Как елочный фонарь, горит луна,
Гирлянды светят мертвыми огнями.

Я со стола бутылки соберу,
Пустые рюмки, грязные стаканы.
Снегурочка... Исчезну я к утру
И стану белым облачком тумана.

Танцуют гости, шутят про любовь.
Я знаю, что тебе, конечно, грустно...
И ты заснешь. А завтра - встанешь вновь.
На сердце - холод. И под елкой - пусто.


Если нашему делу - хана...

Эх, друзья! Наливайте вина.
Мы сидим на руинах форпостов...
Если нашему делу - хана,
То не к месту - победные тосты.

Если нашему делу - каюк,
Если дочиста мы проиграли -
Не искать ли веревку и крюк,
Или, может, цианистый калий?

Или проще прибегнуть к свинцу,
Никому не отдав эстафеты...
Только это не очень к лицу
Нам - последним хранителям Света.

Мы еще не убиты в борьбе.
Ночь темна - но не повод для тризны.
Мы еще пригодимся Судьбе,
Мы еще пригодимся Отчизне.

Что ж, друзья! Наливайте вина.
Наша преданность - не оскудела.
Если нашему делу - хана,
Выпьем - за безнадежное дело.


Роза заката

Небо горит на костре. Небо приняло муку.
Сердце, готовься. Предсмертные муки близки.
Желтая роза заката пророчит разлуку,
Плавно роняя на землю свои лепестки.

Все решено. Будет казнь. Оправданья - напрасны.
Сердце сгорает в лучах рокового огня.
Желтая роза заката становится красной -
Роза, омытая кровью последнего дня.


Мой Айвенго

Вижу сон - я в старинных шелках,
В волосах моих - розы и ленты...
Мой Айвенго! Он где-то в веках,
Где-то в древних, забытых легендах,

Где-то в снах иль средь книжных планет...
А вокруг - только серые лица.
Буду ждать Вас - хоть тысячу лет -
Мой Герой! Мой Айвенго! Мой Рыцарь!

Дни влачу, современность кляня.
Ныне счастья искать - бесполезно!
Мой Айвенго! Спасите меня!
Я похищена веком железным!

Ни времен, ни морей, ни границ -
Нет преград, что бы нас разлучали!
В фантастическом мире страниц
Нет земной безысходной печали!

Кто решится Добро защищать
Благородно, бесстрашно и верно?
Только он! И мне снится опять
Мой единственный Рыцарь - Айвенго.

Не нарушу Священный Обет!
Мой Айвенго! Пред небом - мы вместе!
Прочь любовь, если Рыцаря нет!
Если нет ни отваги, ни Чести!

Не поймет современник любой
Эмигрантку далекого века...
Я опять отвергаю любовь -
Потому, что мне нужен Айвенго!



Одинокий февраль

Одинокий февраль.
Он такой небывало-холодный!
Небесам нас не жаль...
Мир дремотой объят безысходной.

Под снегами земля
Не согреется и не проснется
Под звездой февраля,
Под лучом бесполезного солнца...

В неподвижности сна,
Замерзая, белеют березы...
Может, будет весна...
А пока - ледяные морозы.

Снег... Зима... И печаль...
Холода - что-то слишком жестоки.
Одинокий февраль...
Одинокий февраль... Одинокий...


Неправильная

Одна из тех, чье имя - легион,
Одна из тысяч в суетливой стае -
Я смело выхожу из ряда вон,
Из мира правил вырваться мечтая!

Неправильная? Да, я такова
Еще давно, еще со школьной парты.
Неправильная - в том уже права,
Что не влезаю в жалкие стандарты!

Я - белая средь множества ворон,
Презренна, ненавидима, гонима -
Я не из тех, чье имя - легион!
Я одинока - и неисправима!


Мне пора в "Англетер"

Мне пора в "Англетер". Я напрасно все это терплю,
Жизнью загнана в угол - безжалостно, жестко и ловко.
Ну, смелее, судьба! Затяни-ка покрепче петлю!
Иль ослабла рука? Или, может, порвалась веревка?

Мне пора... Там, где ищет постоя скучающий люд,
Там, где крюк в потолке предназначен не только для люстры,
Где звучали последние вздохи есенинской грусти -
Я найду, наконец, одиночный, спокойный приют.

Все желанья - несбыточны. Даже мечты - невпопад...
Этот жалкий мирок непонятно куда повернуло.
Над кабацкой Москвой - пелена кутежа и разгула.
Мне пора в тишину - в неподвижный, седой Ленинград.

Нет ни сил, ни решимости, нет и билетов на поезд.
В ленинградских гостиницах заняты все номера...
Но сурова судьба. Невозможно ее переспорить.
Говорит, что пора в "Англетер"... Да, конечно, пора...


Статуя

Я горда. Не скажу ни слова,
Не закрою надменных вежд.
Как хорош мой венок лавровый,
Белый мрамор моих одежд!

И эстеты, и ротозеи -
Сотни глаз на меня глядят.
Я в античном зале музея -
Драгоценнейший экспонат.

Вы забыли. Мир не забудет
(Хоть стою теперь в тишине) -
Я жила на Олимпе! Люди!
Вы когда-то молились мне!

Сколько раз - и в любви, и в битвах -
Шла на помощь лучшим из вас!
Я ночами шепчу молитву:
"Зевс! Верни мне былую власть!"

Что ж! Любуйтесь! Я так прекрасна!
Мне на ваше время - плевать!
Я, как прежде, грозна и властна,
Награждать могу - и карать!

Зря смеетесь вы так беспечно.
Вам - секунды. А мне - века.
Потому, что искусство - вечно,
Жизнь - ничтожна и коротка!


Как жалко...

За окнами ворчит и хмурится
Весна, похожая на осень.
Лишь восемь градусов на улице -
Как жалко, что не двадцать восемь.

Хрустальной пленкой лужи скованы.
Не то ноябрь, не то апрель...
За окнами видна Московия -
Как жалко, что не Коктебель....


Прощение

Ты сотый раз мне причиняешь боль,
Но все равно - я не хочу отмщенья.
Одно лишь слово повторить позволь:
Прощение... Прощение... Прощенье...

Жизнь на меня выплескивает гнев,
Не одарив, сбирает много дани...
Лишь молча улыбнусь тебе, стерпев
Страдания... Страдания... Страданья...

Я за собой обид не потащу.
Пусть будет боль. Пусть судят злые люди.
Но если я кого-то не прощу -
За это мне прощения не будет!


Облака

Утащили в море русалки
Желтый диск могучего Феба.
Облака - воздушные замки
На хрустальной площади неба.

Небо смотрит в морские воды -
Восхищение в синем взгляде.
Облака бегут, словно волны,
По морской и небесной глади.



Я живу во всех городах

Я живу во всех городах.
Знаю самый далекий остров.
Обитаю во всех годах -
И до нашей эры, и после.

На прозрачном поезде грез
Совершаю множество странствий.
По ночам миллиарды звезд
Привечают с улыбкой: "Здравствуй".

Я купаюсь во всех морях,
Восхищаясь их синим светом.
Я бываю во всех мирах
И летаю ко всем планетам.

Говорил со мной океан.
"Где твой адрес?" - волна спросила.
- Я живу в миллионах стран,
Но Отчизна моя - Россия.
 


Елена Троянская

Пусти, Парис! Останови войну!
Смертоубийства - больше не желаю!
Отважному спартанцу Менелаю
Верни, Парис, законную жену!

Зачем тебе поверила? Зачем
Я поддалась на чары Афродиты?
А там, у стен - алеет кровь убитых
И не смолкает вечный звон мечей!

Зачем, поправ супружеский закон,
Бежав с тобой, оставила Элладу?
О, Олимпийцы! Так ли было надо
Мне Спарту променять на Илион?

Горит наш стан! Пронзает вышину
Кровавая заря над полем ратным!
Мой Менелай! Возьми меня обратно!
Прости, прости изменницу-жену!

Хочу к тебе - чтоб живы были все,
Чтоб други о погибших не грустили!
Пускай Ахилл воротится во Фтию,
Обнимет Пенелопу Одиссей...

Все воины хотят в родимый край!
Уж десять лет - бессмысленная драма!
Пусти меня, ничтожный сын Приама!
Прими меня обратно, Менелай!


Ко дню рождения А.С.Пушкина

Александр Сергеевич! Вы - наш великий Поэт.
Сквозь года и столетья Вас помнит и любит Россия.
И, быть может, в глуши и во мраке потерянных лет
Лишь Поэзия станет Мессией.

Над поруганной Русью, как прежде, летят журавли.
И рыдают плакучие ивы над синей водою...
Мы Россию, мы ВАШУ Россию сберечь не смогли...
Вы стоите один под угасшей славянской звездою.

Но сквозь годы ненастья сияет Ваш солнечный свет,
И бессильны враги перед этим бессмертным сияньем!
Александр Сергеевич! Вы - наш великий Поэт.
Пусть же с Вами воскреснут Славяне!


Бездорожье

Опять одна - на вечном бездорожье,
Лицом к Аиду - и спиной к утру
Стою - охваченная мелкой дрожью
На продувном ветру.

Что выбрать мне? Безмолвие забвенья
На бледном ахеронском берегу,
Где, позабыв земные униженья,
Найти покой смогу?

А может, жизнь? С ее никчемным бытом,
С ее всегда закрытыми дверьми,
В ничтожном городишке, позабытом
И Богом, и людьми?

Так - день за днем! Будь проклята несмелость,
Медлительность у роковой черты!
Мучительные дни... И - серость, серость -
Страшнее черноты!

Что делать мне?! Куда идти, о Боже?!
Направь меня! Дорогу укажи!
Иль под ноги Тебе, Великий, брошу
Бессмысленную жизнь!


Закат

Эти маки на фоне травы -
Как лоскутики шелковой ткани...
Вот последний кусок синевы
Скрылся в пламени алых сияний.

Эти ветки на фоне небес,
Обагренные кровью заката,
Не удержат солнечный блеск.
Все равно он погаснет когда-то...

Эти чайки на фоне воды -
Как серебряные снежинки...
И стихи, и мечты, и труды -
Все исчезнет в малиновой дымке...



Ты знаешь - а я все та же...

Ты знаешь - а я все та же,
Что тысячи лет назад.
Манеры для эпатажа,
Немного печальный взгляд.

В хитоне Древней Эллады
Иль в платье нынешних лет -
Тебе, герой Илиады,
Все так же храню обет.

В коробке многоэтажной,
В бессмысленной суете -
Ты знаешь, а я - все та же,
Но только - века не те.

Мелькают эпохи, лица.
Тоскую, любовь храня.
А ты, в плену у Калипсо,
Еще не забыл меня?

Живу, как во время оно,
Хотя от него вдали,
Все тот же полуребенок,
Что в юных летах Земли.

Ну, может, немного старше -
Уж очень томит тщета.
Ты знаешь - а я все та же,
Но все же - уже не та...


Кончилось время...

Кончилось время, когда в белых шелковых платьицах
Мы танцевали, встречая любовь и весну.
Наши Орфеи за нами в Аид не отправятся.
Нет Менелаев, готовых за нас на войну.

Вот мы стоим на ветру - современные женщины,
Водку глуша средь бездушной пыли городов,
В робах, спецовках, штанах, с инструментом повенчаны,
Дочери века - рабыни тяжелых годов.

Грубо окрикнут нас пьяным, прокуренным голосом.
Песен не сложат о нас ни поэт и ни скальд.
Наши "Орфеи" с насмешками смотрят из офисов,
Как Эвридики на улице долбят асфальт.


И пахло неистовым маем

Оковы зимы разрывая,
Деревья вставали с колен.
И пахло неистовым маем
И ветром больших перемен.

И тысячи листиков юных
Кричали: "Мы солнышка ждем!"
И пахло преддверьем июня
И свежим весенним дождем.

И было немного тоскливо
От туч и от слез синевы.
И пахло цветочками сливы
И соком воскресшей травы.


Июньская ночь

Теплый дождь. Цветущий жасмин.
Чуть прохладная ночь июня.
Шепот лип, берез и осин -
Словно тайный совет колдуний.

Дует ветер, вокруг кадя
Ароматом травно-цветочным.
Черно-синий салют дождя
Расцветает над летней ночью.

Это лучше любых картин,
Это надо навек запомнить -
Синий дождь. И белый жасмин.
И колючий такой шиповник.


Золотистый луг

Золотистый луг, золотистый луг,
Одуванчики в цвету.
Золотистый луг, словно верный друг,
Дарит мне свою мечту.

Синяя река, синяя река,
Ты куда бежишь, ответь.
- К водному царю я спешу. Пока!
Надо мне на бал успеть.

Зелена трава, зелена трава
И желтым-желты цветы.
На ветру поют песню дерева,
Подпевают им кусты.

Прискакал ко мне серебристый конь.
Я спросила у коня:
- Серебристый конь, жаркий, как огонь,
Ты куда умчишь меня?

Отвечает конь: - Улетим туда,
Где давно нас ждут с тобой
Белая звезда, белая звезда,
Полумесяц золотой.


Полуночный трамвай

Полуночный трамвай. Смотрит в окна звезда.
Средь огней мегаполиса - путь в никуда!

Мой трамвай! Я - единственный твой пассажир!
Увези меня в ночь - и в Блистающий Мир!

В окна - звездная пыль. А навстречу - КАМАЗ
Смотрит в душу мне парой сверкающих глаз.

В неизвестную боль, в металлический рай
Ты несешься во тьме, полуночный трамвай!

Чем напрасно влачить эту серую жизнь -
Лучше вспыхнуть пионом бензиновых искр!

Вот осталось чуть-чуть. Смотрят фары-глаза.
...Ну зачем ты, водитель, вдавил тормоза?


Цикута

Хоть мой путь не закончен покуда,
Но конец уже ясен давно.
Мне достанется кубок цикуты.
Видно, так в небесах решено.

Я устала судьбу ненавидеть!
А цикута - совсем не страшна!
В сотни, тысячи раз ядовитей
Лжи дурман, пустоты белена!

...Напряженность последней минуты,
Синий блеск рокового стекла.
Мне достанется кубок цикуты -
Полный кубок вселенского зла.

Облизнув пересохшие губы,
Поприветствовав близкий конец,
С наслаждением выпью сей кубок,
Так, как выпил античный мудрец.

Разорву надоевшие путы
И увижу, в просторах паря, -
Ядовито-зеленой цикутой
Зарастают земные поля.


Нереида не любит дождя

Нереида не любит дождя,
Холодов, обжигающих плечи.
Но, за пасмурным небом следя,
Понимает, что солнце - далече.

Поднимается в воздух вода,
Чтоб на землю низвергнуться вскоре.
Нереида не любит, когда
Небо воду ворует у моря

И когда, за туман уходя,
Желтый диск на волнах не играет.
Нереида не любит дождя.
Сокрушается: “Лето украли”...

В глубину ее манят давно
Посейдона хрустальные своды.
Нереида уходит на дно
От противной ненастной погоды.
 


(c)Елена Громова
 

На главную

Форум
"Поэзия"